Мусульманское пение как называется

woman 1853939 1920 Советы на день

164210 INNERRESIZED600 600 Alam of ghazi abbas a.s

Откуда произошли современные нашиды?

Их истоки нужно искать в тридцатых годах прошлого века. В эти годы началось исламское движение в Египте. В то время стал популярен лозунг: «Аллах — наше знамя, а Посланник — наш образец», который читали нараспев. Тогда же духовные песнопения получили распространение и в Сирии: здесь это искусство подняли на новую высоту, а нашиды стали еще более выразительными и красивыми. Настоящими звёздами стали такие певцы, как АльФарфур, ат­ь Термези и многие другие исполнители суфийских песен. Не отставали и певцы из Иордании, оттачивавшие своё мастерство по мере развития исламского искусства. В 1970­-х годах появились студии звукозаписи для исполнителей нашидов, что также способствовало развитию их популярности. В итоге случилось так, что духовные песнопения в большой мере способствовали успехам и распространению исламского движения во многих странах. С тех пор нашид становился всё более профессиональным, совершенствовались его формы и становилось всё глубже содержание. В начале 21-го века стали создаваться и видеоклипы исполнителей нашидов, которые транслировались на всех телеканалах мира.

Харам или нет?

Вот тут-то и появляется парадокс: нашиды становятся всё популярнее, но ведь музыка в исламе, по большому счёту, харам. Так, Пророк Мухаммад (мир ему и благословение Всевышнего!) говорил, о людях, которые играют музыкальных инструментах, что «Аллах накажет их, и земля их поглотит». А ведь Пророк (мир ему и благословение Всевышнего!) и сам любил слушать песни в исполнении девушек (правда, без музыкального сопровождения), о чем повествует один хадис. Так харам ли нашиды?

Возможно нет, если в них нет порочных мотивов или подтекста. Популярнейший исполнитель нашидов Сами Юсуф признаётся, что благодарен за всё своё творчество Аллаху. А если Всевышний вдохновляет на созидание, то разве будет такое творчество плохим? Ведь вдохновение — это наше обращение к Создателю!

И наконец, благодаря таким исполнителям, как Сами Юсуф и Махер Зейн, нашиды стали популярны во всём мире. Так, может, нет ничего дурного в том, что современные музыканты пропагандируют ислам и его культуру во всём мире, пусть и в той форме, которая принята в немусульманском мире?

Статья показалась интересной? Будем благодарны за репост!

Источник

Мусульманский нашид: что такое и какие цели преследует

Одной из самых спорных в мусульманском обществе тем является тема исламских песнопений, которые называются нашид, что такое это и почему вызывает множество дискуссий, мы рассмотрим ниже. В современном обществе среди исламистов существует два различных мнения, что касаются этого вопроса. В переводе с арабского слово «нашид» обозначает «песня», но термин этот применим не для всех песнопений, а только тех, которые имеют религиозный смысл, при этом происходят они без музыкального сопровождения. Тексты содержат в себе прославление Всевышнего, обращения к Аллаху, призывы творить добро и иметь терпение.

2124958

Немного истории

Аргументы противников

Нашиды мусульман вызывают в исламском обществе много осуждений. Противники данного жанра аргументируют это тем, что Пророк Абу Бакра говорил о запрете музыки и использовании музыкальных инструментов в мусульманстве. Более того, песнопение здесь рассматривается как трата времени впустую, что отвлекает от поклонения Аллаху. И последним аргументом они считают нашиды на арабском нововведениями в исламе. Изначально этот жанр преследовал цель привлечь людей к вероучениям мусульман, направив их на Истинный путь. Но поскольку вера олицетворялась в достойных поступках, песнопение считается греховным. Сегодня некоторые нашиды, которые преследуют, как кажется, благие цели, применяются для вербования в религиозные секты. Некоторые тексты содержат призывы к войне против «неверных». Именно поэтому многие мусульманские богословы считают современную музыку греховной.

2124953

Аргументы сторонников

Во-вторых, исполнитель должен не наслаждаться музыкой, а поминать Аллаха, пророков и т.д. Кроме того, песни должны исполняться акапельно, не на концертах. В общем, к нашидам относятся не настолько осудительно, как к эстрадным песням.

В наше время эстрадные произведения и клипы несут в себе призывы к аморальности, прелюбодеянию, поклонению нечистой силе и прочему. На этом фоне исламские песнопения рассматриваются с хорошей стороны. Главным аргументом сторонников нашидов является тот факт, что эти произведения призывают к добру и миру. Более того, в Коране нет прямого запрета на песни, поэтому музыка не должна считаться грехом. Утверждают те, кто исполняет нашид, что такое песнопение исполняется мелодично, а сам Коран представляет собой также стихи, которые Пророк рекомендовал напевать.

2124960

Цели нашидов

Сегодня в исламском обществе можно услышать нашиды самые красивые, целью которых является призыв к вере в Аллаха, создание позитивной атмосферы для доброжелательности и благочестия. Песнопения дают возможность верующим организовать с пользой свой досуг. Поют песни в большинстве случаев на арабском языке, но в последнее время стали популярными английские и французские нашиды. Но исполняются они акапельно и могут преподноситься в различных формах. Еще одной целью исламских песнопений является помощь в распространении ислама, ознакомление с культурой мусульман. Они мягко и ненавязчиво показывают людям все прелести религии Аллаха. Более того, в песнях могут отражаться самые разные темы: любовь к семье, родине и прочее.

2124961

Польза песнопений в мусульманстве

Когда Пророк Мухаммед въезжал в Медину, совершая Хиджру, его встречали нашидом, по этому поводу он не высказывал никакого недовольства. Поэтому песни не могут быть запрещенными. В них воспевается Аллах, звучит призыв к Исламу. В Коране говорится о том, как необходимо призывать, но ничего не сказано об используемых инструментах – исламских песнопениях. Восхваление добра может быть как в письменном, так и в устном виде, в том числе используется и нашид. Что такое исламское песнопение, теперь знают многие. Не каждый способен прийти в ислам и быстро забыть о музыке, поэтому нашиды выступают тем инструментом, который в мягкой форме указывает на Истинный Путь. Но всегда нужно помнить о том, что распевание и слушание песнопений мусульман может стать как грехом, так и благим делом, все зависит от того, какие цели преследует человек.

Источник

Музыка ислама

Что такое исламская музыка и как она используется в богослужениях

Самый уважаемый голос в этой полемике — один из крупнейших мысли­те­лей ислама Абу Хамид Мухаммад ал-Газали (ок. 1058 — 1111). Мусульмане называют его «Худжжат ал-ислам», буквально «Довод ислама»: такой титул дают самым автори­тетным исламским богословам. Обобщая взгляды единомышленников пред­шествую­щих веков, ал-Газали обосновал невоз­мож­ность запрета музы­ки как таковой и безусловную зависимость ее воз­дей­ствия от нрав­ствен­ного состоя­ния самого человека: «…выно­сить сужде­ние о сама‘ Буквально — „слы­ша­ние, слушание“. нужно, исходя из сердца, поскольку оно не привно­сит в сердце ничего, чего бы там не было, но приводит в движение то, что там уже есть».

Понятие сама‘, используемое в исламе для обозначения явлений музыки, не экви­валентно современному европей­скому понятию «музыка»; кстати, и гре­ческое понятие «мусика» долго существо­вало в комплексе математи­че­ских наук. Сама‘ может быть слушанием пения, игры на музыкальных инстру ментах, распева стихов, а также может обозначать молит­венный ритуал суфиев с использованием музыкальных инструментов. Только с конца XVIII века понятие музыки начинает использоваться мусуль­манами соответ­ственно его европейскому значению.

И хотя музыку в этом, европейском, пони­мании в мечети услышать нельзя, она тем не менее остается естественным элементом богослужения. Более того, звуковая красо­та усиливает воздействие священного Слова на верую­щих. Она обнаруживается в звуковой форме всех — нормативных и ненорма­тивных — ритуалов: в призыве к молитве — азане; стержневом акте богослу­жения в исламе — чтении Корана; в ритуалах поминания Аллаха, суфийских радениях, в песнопениях религиозного содержания.

Эти формы, с одной стороны, отражают особенности традицион­ной локаль­ной музыкальной культуры (в контексте чтения Корана — прежде всего культуры арабов), с другой — отвечают важнейшим принци­пам, обозначен­ным еще пророком Мухам­мадом в его знаменитом хадисе: «Аллах красив, и Он любит красоту». Ниже мы рас­скажем о богослужебных ритуалах, в кото­рых исполь­зуются те или иные формы музыки.

Азан (с араб. «объявление, приглаше­ние») — это призыв к главному богослу­жеб­ному акту мусульман — молитве — и одно­временно открытое провозгла­шение веры. Согласно традиции, азан произносится с минарета специальным чтецом — муэдзином — перед ежедневным пятикрат­ным намазом (молит­вой). Для немусульман это самый заметный звуковой символ ислама. Отличия азана от других сигнальных форм приглашения на молитву (звуки трубы, гонга или ко­локо­ла) в том, что здесь исполь­зуется Слово — важней­ший элемент ислам­ского ритуала. Центр текста — шахада, базовое для этой ре­ли­гии свиде­тель­ство: «Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммад — пророк его».

الله أكبر الله أكبر
Аллах велик! (4 раза)
أشهد أن لا اله إلا الله
Я свидетельствую, что нет Бога, кроме Аллаха! (2 раза)
أشهد أن محمدا رسول الله
Я свидетельствую, что Мухаммад — посланник Аллаха! (2 раза)
حي على الصلاة
Идите на молитву! (2 раза)
حي على الفلاح
Ищите спасения! (2 раза)
الصلاة خير من النوم
Молитва лучше сна! (2 раза — в призыве к утренней молитве)
الله أكبر الله أكبر
Аллах велик! (2 раза)
لا إله إلا الله
Нет Бога, кроме Аллаха!

Мастерское исполнение азана превращает его в своего рода звуковую компо­зицию, где про­являются важнейшие характеристики музы­ки мусульманского Востока — импровиза­цион­ность и орнаменталь­ность.

Азан в исполнении одного из самых знаменитых представителей египетской школы Абдул-Басита Абдус-Самада (1927–1988)

Мехмет Эрарабаджи исполняет азан в макаме хиджаз в финале конкурса по чтению азана в Турции

Чтение Корана

Чтение Корана — важнейший ритуал в исла­ме. «Украшайте Коран своими го­лоса­ми», — гласит один из популярных хадисов. В са­мой же священной книге сказано: «…и читай Коран чтением стройным» (сура 73, аят 4). Главный кри­терий в этом искусстве — безукоризненное, чистое произнесение священного Слова и звуковое совершенство.

Существует множество стилей рецитации Корана, определяемых как принад­лежностью чтеца той или иной школе или влиянием локальных музыкальных традиций, так и зада­чами чтения. Например, в домашних условиях и при обу­чении текст произносится просто, с минимальным распевом, посколь­ку все внимание здесь уделяется верному про­изнесе­нию самого Слова. Чтение же профес­сиональных чтецов (кари) и тех, кто знает весь Коран наизусть (хафи­зов), перед слуша­тельской аудиторией может превра­щаться в выступле­ние, подобное концерт­ному — и по эмоциональности, и по уровню музы­каль­ного мастерства чтеца.

Чтение Корана, сура «Нур» («Свет»), в макаме раст одним из наиболее автори­тет­ных чтецов Египта Мустафой Исмаилом (1905–1978)

В рецитации Корана сфокусированы многие сущностные характеристики зву­кового искусства ислама: это устная традиция, где исполнитель каждый раз становится автором новой музыкальной композиции. Доскональ­ное знание правил произ­несения текста (включая соблюдение пауз — важнейшего эле­мен­та рецита­ции) сочетается здесь с блестящей вокальной техникой и импро­виза­торским мастерством. В примерах чте­ния признанными кари всегда обнару­жи­ваются точное ощущение мастером ауди­тории и контакт со слушате­лями, кото­рые чутко реагируют на искусное произнесение текста и исполнение макама.

В ХХ веке на территории исламского мира и за его пределами распростра­нилась практика проведения конкурсов по чтению Корана, в том числе особые сорев­нования для жен­щин, а также для детей и подростков. Демонстрируя блестя­щее знание священного текста, такие юные чтецы подтверждают преем­ствен­ность уст­ных музыкаль­ных традиций на Востоке.

Юный кари из Ирана Хуссейн Неджад исполняет суру «» («Утро»)

Зикр (с араб. «поминание») — это ритуал поминания Бога, основанный на по­вторе отдельных слов, например «Аллах», или фраз: среди наиболее часто зву­чащих — первая половина шахады «Ля иляха илляЛлах» («Нет Бога, кроме Аллаха»).

Хотя зикр присутствует и в рядовом богослу­жении, сегодня он больше изве­стен как эле­мент суфийских ритуалов. В практике разных суфий­ских орденов зикр может отли­чаться по формам. В первую очередь он де­лится на «тихий» (произ­носи­мый мысленно) и «громкий». У «громких» зикров может быть множество форм: исполнение унисоном голосов в сопровождении инстру­мен­тов (чаще всего ударных) или без них; сольный распев суфий­ских стихов, про­изно­симый сидя или в движении, превращаю­щемся в ряде случаев в бесконеч­ный танец. Самое важное здесь — ритм постоянного повтора слов и фраз-формул. Неред­кий эффект таких зикров — погружение участников в состоя­ние экстатического возбуждения.

Турецкий зикр
Женский зикр в Дагестане

Сама‘ не только понятие музыкального в ши­роком смысле, но и особое радение суфиев, включающее пение, игру на музы­кальных инструментах, иногда та­нец — ракс. Не все суфий­ские братства используют сама‘ в своей практике: наиболее широкую популярность получили радения турецкого ордена мевле­ви, известного также как орден «кружащихся дервишей». Введение в практи­ку музыки и танца связано с учением вели­кого мистика и поэта XIII века Джала­ла ад-Дина Руми, который называл сама‘ «пищей души». Цель сама‘ — с помощью звуков музыки и беско­нечного кружения сосредо­точиться на мысли о Боге. В этом действе, строящемся согласно строгим правилам, могут использо­ваться струнные или удар­ные инструменты, голос, но прежде всего флейта — най, своего рода звуковой символ суфийского миропонима­ния: «Послушай эту сви­рель, как она пла­чет… / Всякий, кто вдали остался от корня своего, / вновь ищет время соединения…» (Джалал ад-Дин Руми, «Месневи»).

Сама‘ турецкого ордена мевлеви

Каввали

На протяжении многих лет одним из глав­ных исполнителей каввали был Нусрат Фатех Али Хан (1948–1997), чье искусство покорило слушателей как Востока, так и Запада.

Фрагмент концерта Нусрата Фатеха Али Хана и его ансамбля в Йокогаме. 1992 год

Источник

userinfo v8masterok

Мастерок.жж.рф

Хочу все знать

0 c8d67 2c37354e XL
Musicians and their musical instruments. Topkapi Palace Museum Library, H. 2164.

Определение исламской музыки подразумевает музыкальные традиции арабов, персов и тюркских народов, сформированные в период средневековья (7–17 вв.). Этот период выделяется существованием на Ближнем и Среднем Востоке уникальной социо-культурной общности – Исламской цивилизации, характеризующейся развитием у разных народов специфических черт арабо-мусульманской культуры, ставшей в дальнейшем частью различных национальных культур. В создании исламской музыки приняли участие многие народы, завоеванные в 7–8 вв. пришедшими из Аравии арабами. Приняв ислам, арабы распространили не только религию, но также арабский язык, письменность и другие формы арабо-мусульманской культуры на территории «дома ислама» (дар ал-ислам), простиравшегося: от Северной Африки, включая юг Испании, – до северо-западных границ Индии и Китая; от пустынь Аравии, Персидского залива и Афганистана – до христианской Византии и Сирии, гор Кавказа и рек Аму-Дарьи, Сыр-Дарьи.

Возникновение и распространение исламской музыки осуществлялось в основном в городах и, прежде всего, среди просвещенных слоев населения. Создание обширного теократического государства (халифат), культурные центры которого располагались сначала в Сирии, а затем – в Ираке и ряде крупнейших городов Египта, Ирана, Азербайджана, Малой и Средней Азии, способствовало интенсивному взаимодействию древнеарабской кочевой культуры с культурами древних цивилизаций: греческой, персидской, сирийско-византийской. Подражая придворной жизни халифов, местная мусульманская аристократия создавала собственные увеселения с музыкой, оказывала покровительство не только поэтам, ученым, но и музыкантам. Это способствовало возникновению достаточно единых музыкальных традиций, которые были тесно связаны с творчеством литературным – с развитием классических арабо-персидских поэтических жанров. Называемая сегодня также часто «классической», исламская музыка характеризовалась, с одной стороны, высоким уровнем профессионализма (как вокального, так и инструментального) и употреблением специфических музыкальных терминов, возникновением письменных теоретических учений и профессиональных исполнительских школ, а также особыми философско-эстетическими воззрениями, а с другой стороны, – устным способом передачи и бытования достаточно сложных музыкальных «текстов».

Музыкальные сочинения того времени не фиксировались с помощью европейской нотации, но закреплялись с помощью записанных поэтических текстов и особых указаний музыканта-сочинителя в виде специфических наименований, которые давались метро-ритмическим и ладовым моделям. При всей общности основных черт исламской музыки, в ней имеются региональные отличия. Исторически различались два музыкальных стиля: арабский (западный), распространившийся среди арабизированных в 7–11 вв. народов Азии и Северной Африки; и персидский (восточный) или «аджамский», отличавший музыку иранских и тюркских народов, которые с принятием ислама сохранили свои разговорные языки и создали собственные литературные языки под воздействием арабского. Имея ярко выраженную над-этническую природу, обусловленную распространением общемусульманских аристократических традиций, формировавшихся в основном в центральной части халифата, исламская музыка обнаруживает различия этнического характера, поскольку в процессе ее развития «музыкальную моду» определяли традиции и вкусы не только арабов, но и одного из трех крупнейших исламизированных этносов: в 7–10 вв. – арабов; в 11–14 – персов; в 15–17 – тюрок и монгол. По этим причинам в настоящее время трудно говорить об абсолютной унифицированности исламской музыки. Скорее следует выделять в рамках цивилизационной культурной общности различные музыкальные субкультуры или локальные стили, отличающие, к примеру, арабскую музыку Ирака от арабской музыки Алжира и Туниса, арабскую – от персидской, азербайджанскую – от турецкой, турецкую – от среднеазиатской и т.д.

Выход арабов за пределы аравийских земель способствовал тому, что свои специфически исламские черты музыкальные явления стали приобретать во взаимодействии древних арабских традиций с эллинизированными традициями персо-месопотамского и сирийско-византийского регионов. Причем традиции неарабских народов усваивались и перерабатывались под «пристальным оком» завоевателей.

Арабо-персидский музыкальный синтез в 6–7 вв.
Уже к началу 7 в. музыкальные языки сирийско-ирако-иранского региона мало отличались от аравийского. Музыка арабов Аравии приобретала новые художественные элементы под воздействием не только пения бедуинов (худа’), погонявших верблюдов, и развития собственных поэтических форм (касыда), складыванием которой славились древние арабские поэты (ша’ир), но также и пения (гина) рабов на городских базарах Аравии, женских плачей (наух) в исполнении певиц-рабынь (кайна) и других, порой чужеродных арабам музыкальных форм. Многие музыкальные инструменты (лютни – мизхар, барбат; арфа – чанг; флейты – куссаба, най; гобой – мизмар; бубен – дуфф; цимбалы – сандж) были известны арабам в доисламский период. Большая часть инструментов, как и новых видов музицирования проникали на родину ислама, в Хиджаз, с северо-востока, где находилось подвластное Древнему Ирану государство Лахмидов с центром в городе Хира, который располагался юго-западнее столицы Древнего Ирана – Ктесифона. Здесь осуществлялся начавшийся на рубеже 6–7 вв. синтез арабских и персидских музыкально-поэтических традиций. Известно, что еще в 5 в. персидский царь Бахрам Гур (запомнившийся потомкам своей привязанностью к рабыне Диларам, которая играла на чанге) обучался в Хире и сочинял стихи на арабском, а вернувшись на родину, первым утвердил при дворе Сасанидов статус придворного музыканта.

Многие арабы восхищались как красотой персидских песен, так и увеселениями персов – их пышными пирами, на которых непременно звучала музыка и было вино. Неслучайно новый литературный жанр (хамрийят), воспевающий вино и винопитие, появится в арабской литературе под влиянием образа жизни персов, противопоставляя две столь различные культуры: кочевую и оседлую. Поскольку ценности последней все более возрастали с приходом ислама, многие выходцы из Медины и Мекки стремились в города Сирии и Междуречья, чтобы освоить новые формы культуры и выразить себя в поэзии и музыке, которые строились теперь по новым художественным правилам, а потом – возвращались домой, распространяя привнесенную из центра халифата музыкальную практику. Так в Аравию пришло хорошо известное персам мужское пение-соло в сопровождении щипкового инструмента. Известно, что знаменитый поэт из Хиры Ал-А’ша (ум. 629), разъезжая по всему Аравийскому полуострову, вошел в историю арабов с прозвищем «арабского санаджиста», которое подразумевало его необычную манеру размеренного пения стихов в сопровождении персидской арфы (чанг). При этом мерный звон струн арфы напоминал удары персидских бронзовых тарелочек – цимбал (сандж).

Музыка при дворах халифов (7–10 вв.).

Музыка, которая выполняла при дворе древних персидских правителей особые функции, участвуя в трапезах, охоте, военных походах, на отдыхе, стала выполнять те же функции во дворцах и домах арабских правителей-халифов, которые подражали царской жизни поверженных Сасанидов. Многие халифы охотно брали в жены певиц и высоко ценили поэзию и музыку, а некоторые сами сочиняли стихи и песни.
Время правления мусульманской династии Омейядов (661–750) отмечено рождением нового музыкального профессионализма, появлением первых музыкантов-мастеров при дворе в Дамаске. Халифы этой династии снискали порицание у мусульман, поскольку, будучи выходцами из Сирии, а не из Хиджаза, они следовали образу жизни «неверных», окружив себя «мирскими» удовольствиями, включавшими музыку. Большинство певцов, участвовавших в создании нового стиля художественного пения (гина) были вольноотпущенными рабами (мавали, ед. ч. – маула) и принадлежали к новому классу певцов-мужчин (муханатх), которые подражали женщинам. Таким первым профессиональным певцом среди арабов стал Тувайс (ум. 710). Его прозвище означало «Маленький павлин». Он был выходцем из Медины, где в детстве учился подражать пению рабов, и где потом оказался гонимым, как все певцы-муханатх и певицы-муганнийа. Высокочтимый певец нашел убежище в Сирии, где обучил своему искусству немало музыкантов.

Арабы активно впитывали неарабские музыкальные элементы в первые века формирования цивилизации. Так два знаменитых певца Ибн Мисджах (ум. ок. 710) и Ибн Мухриз (ум. 715) совершили путешествия по территориям Персии, Сирии и Византии. Вернувшийся на свою родину, в Мекку, Ибн Мисджах стал основателем профессионального «певческого искусства арабов» (ас-сана’а л-гина), которое отличалось новизной стиля, высоко ценившегося современниками сознательным отбором чужеродных музыкальных элементов, подходивших именно арабам. Известно также, что другой прославленный певец Дамаска Ибн Сурайдж (ум. 714) играл на лютне, которую он заимствовал у персов, и создал ряд произведений, среди которых выделялись Семь песен, отличавшиеся ладовыми интонациями старо-персидской песенной традиции. Представителем последней был знаменитый придворный музыкант персидского царя Хусрава II Парвиза (591–628) – певец Барбад, который сопровождал свое пение на щипковой лютне барбат. Арабы заимствовали эту лютню и назвали ал-‘уд (в латинской Европе – «лют», «лаут» и пр.). Уд сохранял все признаки барбата: большой круглый корпус, короткую шейку и откинутую назад головку, четыре струны, настроенные в кварту, и деревянный плектр, но сверху покрывался не кожей, а деревом (араб. ал-‘уд – букв. «дерево»).

Певец Барбад прославился своими чудесными песнопениями, систематика которых отражала зороастрийские традиции и соответствовала древнеперсидскому календарю: 360 мелодий (нава), 30 песен (араб. си лахн) и 7 ладовых моделей или «царских ходов» (араб. – ат-турук ал-мулукийа) – на каждый день года, месяца и недели. У персов песнопения эти назывались «хусраванийа», поскольку предназначались шаху Хусраву. Таким образом, не только музыкальные традиции арабов, но и музыкально-исполнительское искусство древних персов составили основу нового типа музыкального искусства. А легендарный образ Барбада, его репертуар и виртузная игра на лютне, еще долго будут оставаться в культуре мусульман примером для подражания.

Сменившая Омейядов династия Аббасидов (749–1258) вела свой род от дяди пророка, что придавало новой власти в глазах мусульман большую по-сравнению с предшествующей законность, и обязывало халифа проводить новую «культурную политику», соединявшую в себе светские и религиозные функции. Музыка по-прежнему приветствовалась халифами, ориентирующимися теперь на исламские духовные ценности. Столица была перенесена из Дамаска в Багдад. Выстроенный недалеко от сасанидского Ктесифона, этот «Город мира и благоденствия» станет надолго сосредоточием блистательных поэтов и музыкантов.
«Золотым веком» арабской музыки считается первый период правления Аббасидов. Халиф Харун ар-Рашид (786–809) поделил всех музыкантов (на манер Сасанидов) на три класса: певцы, сопровождающие их инструменталисты и просто инструменталисты. Это определяло сумму выплачиваемого музыкантам гонорара и соответствующие почести при участии в концертах – «веселых собраниях» (маджалис ат-тараб). Новой формой исполнения стало сольное пение сочиненных поэтами стихов в сопровождении уда, который лучше других струнных инструментов передавал ритмически-ударное начало песни и позволял к тому же четко и точно воспроизводить отдельные тоны, соответствующие тонам пропеваемой мелодии. Такие музыкальные инструменты, как чанг (арфа) и танбур (лютня с длинной шейкой), хотя и звучали в маджлисе, но были задвинуты на «задний план», а струнные смычковые инструменты вообще не звучали при дворе, поскольку характерная для них нерасчленяемость тонов ассоциировалась с языческими традициями, с практикой шаманизма. Маджлис ат-тараб проходил в строгом соответствии с протоколом, детали проведения которого были заимствованы у персидских шахов. Халиф сидел на возвышении, музыканты отделялись от него и слушателей дорогим занавесом. Имелась должность «служителя занавеса», в обязанности которого входила передача приказов и похвалы халифа музыкантам. В одном маджлисе могло быть исполнено до 40 песен; при этом возникала очередь (ноуба) из музыкантов-участников. Именно такой «ряд», «следование» (нуба) исполняемых перед халифом музыкальных пьес потом будет определять один из основных классических жанров исламской музыки.

Жизнь музыкантов при дворе была наполнена соперничеством, дискуссиями, интригами. Большая часть музыкантов была выходцами из Хиджаза, среди которых блистал певец и правоверный мусульманин Исмаил ибн Джами (ум. до 804). Но особое значение для дальнейшего развития исламской музыки приобрела исполнительская школа, созданная Ибрагимом ал-Маусили (ум. 804) – персом по происхождению. Его аккомпаниатором и учеником был прекрасный исполнитель на уде темнокожий Мансур Зальзаль (ум. после 842). Этому музыканту приписывают создание «совершенного» уда и закреплением места расположения среднего пальца на грифе инструмента там, где образовывался типичный именно для арабов интервал терции («зальзалева терция»). Славным продолжателем традиций своего отца был Исхак ал-Маусили (ум. 850), удостоенный титула «мастера среди певцов-муганни». Он отличался основательными теоретическими знаниями и не только пением, но и прекрасной игрой на уде, потому что обучался этому в течении десяти лет у Зальзаля. Соперником Исхака был Ибрагим ибн ал-Махди (ум. 839) – младший брат халифа Харуна ар-Рашида. Унаследовав от матери-персиянки красивый голос и незаурядный певческий талант, Ибрагим «расшатывал» традиции староарабской школы Ал-Маусилей и получал при этом поддержку среди многих музыкантов. Его стиль пения отличался большим певческим диапазоном (в четыре октавы!) и введением трелей на персидский манер. Однако новшества Ибрагима ал-Махди, явившиеся следствием усилившегося с середины 9 в. влияния персидских музыкальных традиций, были лишены стабильности и стилистического единства. Это позволяло его противникам, в лице Исхака, упрекать принца в «неверной», «неуважительной» интерпретации песен старых арабских мастеров, а порой уличать в плагиате. Для сохранения и распространения «исконно арабских традиций» выдающийся певец, ученик Ибрагима ал-Маусили, ‘Али Зирьяб (ум. ок. 845) покинул багдадский двор и отправился в Северную Африку. Оказавшись в мусульманской Испании при дворе омейядского правителя ‘Абдуррахамана II, Зирьяб принес в Кордову придворный этикет ‘Аббасидов с исполнением музыкальных пьес в форме нубы, музыкально-теоретическое учение отца и сына Ал-Маусили, а также уд, который музыкант усовершенствовал – установил пятую струну и заменил деревянный плектр когтем орла.

К 9 в. структура городской жизни на мусульманском Востоке была уже практически единой, поэтому все явления, возникающие в центре халифата распространялись и усваивались повсеместно. Большое значение в формировании исламской музыки имела наука, интенсивно развивавшаяся в городах с распространением ислама, созданием мечетей, медресе, библиотек. В обществе высокий авторитет приобретает «человек науки» (‘алим), а образованность и учтивость становятся высшими достоинствами просвещенного мусульманина-аристократа (адиб), который усвоил тонкости исламского этикета (адаб).

0 c8d61 d3186155 XL
Музыкальные инструменты.

Описываемые в источниках с 14 в. музыкальные инструменты свидетельствуют, что восточные мусульмане отдавали предпочтение не столько уду, сколько танбуру – струнному щипковому инструменту с длинной узкой шейкой и установленными на ней перемычками-ладками (перс. – дасатин).

0 c8d63 e38ba43b L

Изображения музыкальных сцен, которых особенно много появляется с расцветом в Иране книжной миниатюры, содержат музыкальные инструменты и ансамбли исполнителей, куда наряду с удом и танбуром включались смычковые (гиджак, кеманча), а также ударные (даф, табл и др.) и духовые (най). Их звучание сопровождало придворные празднества, трапезы, отдых правителей во время охоты. В военных походах ревели большие трубы (карнай или бору), резко кричали гобои (сурнай или зурна), грохотали большие барабаны (давул) и котловидные литавры (накара).

Источник

Оцените статью
Добавить комментарий

Adblock
detector